top of page
white blanket of snow_edited.jpg
  • ...

“Почему я выбираю CoDA?” Часть 1.

Рассказывает Екатерина.

Я - Екатерина, созависимая, член CoDa, Нар-Анон, АП (Анонимные переедающие), ВДА (Взрослые дети алкоголиков), ДФС (Дисфункциональная семья), и я хочу поделиться с вами историей своего выздоровления.


Мой путь к осознанию, что в моей жизни не все в порядке, начался 6 лет назад. Я упала на «дно». Мой единственный 15-летний сын получил сильнейшую травму и полтора месяца находился в коме в состоянии между жизнью и смертью. В доме случился пожар, а муж впал в глубокую депрессию.



Эмоции, чувства и реакции я проживала только внутри, снаружи держалась невозмутимо и спокойно. Я находилась среди людей - семьи и друзей, но меня от них всех как будто отделяла невидимая стеклянная завеса.

До этого момента я жила, как умела, руководствуясь убеждениями, которые получила из детско-родительской семьи и почерпнула от общества, среди которого росла и развивалась. Я использовала модели поведения, закрепленные во мне до уровня автоматизма, контролировала, форсировала события, руководила чужими жизнями, стремилась к достижениям и соглашалась только на тот результат, который устраивал меня (даже если события происходили в чужой жизни), боролась за него всеми доступными и не очень способами. Моя жизнь была наполнена разными событиями. Скучать и думать о себе мне было некогда, ведь я играла роль «спасателя», и она давала мне ощущение важности, нужности и самореализации. Она помогала отключаться от собственной жизни, которая меня не устраивала, но я не могла ничего изменить и спасала тех, кому хуже, чем мне: ведь там, в чужих жизнях, менять все легко и просто. Я думала, что зарабатываю перед вселенной и Высшей силой золотые бонусы, и когда-нибудь манна небесная снизойдет на меня, а сама я стану радостной, счастливой и свободной. Но все становилось только хуже и хуже: у меня была куча обязанностей и чужой ответственности, но отсутствовала поддержка, понимание. Силы, моральные и физические, начали покидать меня. Я уже понимала, что не справляюсь, что пора обратить внимание на себя.


Сначала я использовала практики, предложенные в интернете, для улучшения своего морального состояния, но мое поведение и отношение ко всему оставалось прежним, и ничего не менялось. Внутри росла дыра опустошенности, появилось чувство безысходности и острое состояние одиночества. Здоровье стремительно ухудшалось. Так реагировала моя психосоматика, потому что эмоции, чувства и реакции я проживала только внутри, снаружи держалась невозмутимо и спокойно. Я находилась среди людей - семьи и друзей, но меня от них всех как будто отделяла невидимая стеклянная завеса.


От психолога я услышала, что обязана полностью взять на себя ответственность за лечение депрессии мужа и помогать ему. Опять у меня не было выбора.


Следующим этапом стало обращение к семейному психологу, которого посоветовал врач супруга. У этого специалиста не оказалось пожеланий по моей личной проработке. Ведь я сильная, со всем справляюсь, умная, ответственная и коммуникабельная, могу содержать семью самостоятельно, контролирую свои эмоции и т.д. Мне всего лишь надо смириться с болезнью мужа и быть его опорой и поддержкой - так правильно. Я услышала, что обязана полностью взять на себя ответственность за лечение депрессии мужа и помощь ему. Это было озвучено прямо при нем. В тот момент я испытала когнитивный диссонанс. Ведь я и так делала все возможное, когда муж еще был здоров. Но снова я должна и обязана по отношению к мужу, и на мне ещё и сын с инвалидностью после травмы. «А как же ответственность супруга по отношению к себе, ко мне и к семье?» - думала я. Опять у меня не было выбора. Опять безвыходность.

В поисках выхода я обратилась к личному психологу по детским травмам, так как много читала и поняла, что мои проблемы из детства. Проработка основывалась на прощении родителей и проживании заново тех чувств, которые я испытывала в детстве. Что мне это дало? Только разбередило раны, которые до этого были глубоко запрятаны. Я выяснила, что все критические замечания в моей голове от значимых взрослых. Это помогло отпустить обиду на родителей и понять, что они не могли иначе.


Психолог предложил мне антидепрессанты, чтобы снизить уровень эмоциональной боли. Я попробовала и почувствовала себя фикусом: мне казалось, что я перестала существовать. Когда же отказалась от антидепрессантов, то боль стала сильнее, чем раньше, и чаще начала о себе напоминать. Я беспрестанно находилась в прошлом и думала, что бы я могла исправить тогда, чтобы сейчас не мучаться. Я находилась в подавленном состоянии жалости к себе и не видела этому страданию ни конца, ни края.


Конец 1-ой части.

446 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

تعليقات


Post: Blog2_Post
bottom of page