История Энди Д. (из книги «Анонимные Созависимые»)

У меня возникает вопрос, почему многие из нас не делятся правдой о своей жизни. Моим ответом был страх — страх, что другие узнают обо мне. Благодаря CoDA я познал парадокс: истина и исцеление могут прийти, только когда я делюсь своими наиболее уязвимыми местами. CoDA предоставила мне множество возможностей встретиться со своими страхом и стыдом, чтобы узнать много правды. Я благодарен за возможность поделиться своим опытом, силой и надеждой. Высказывания — это то, как я идентифицирую себя, и я надеюсь, что вы тоже найдёте какую-то пользу в том, чем я поделюсь. Пожалуйста, возьмите то, что хотите, а остальное оставьте.

Я родился в маленьком городке на севере центральной части штата Миссури. Я уехал в возрасте полутора лет и до сих пор понятия не имею, как выглядит место моего рождения. Я подозреваю, что его вид вызовет воспоминания, о которых лучше всего забыть. Эти воспоминания были похожи на многие другие, которые я бы предпочёл не вспоминать. Возможно, начало печальное, но правда нужна, чтобы освободить меня от прошлого. Я пришел к выводу, что боль и связанные с ней трудности и кризисы необходимы для достижения прочного счастья в жизни. Боль становится дверью к исцелению. По мере того, как я продолжаю свой путь, истинность этой концепции становится более ясной. Мои убеждения о моем прошлом действительно влияют на то, как я смотрю на свое настоящее. Теперь я предпочитаю смотреть на своё прошлое с меньшей болью. День, когда я полностью приму свое прошлое, больше не сдерживая обиды, будет прекрасным днём в моей жизни.

Моя бабушка рассказывала мне истории о Джеки приглушенным голосом. В нашей семье маму называли «Джеки», сокращенно от Жаклин. Моя мама не хотела, чтобы её называли «мамой». Джеки позволяла мне, будучи новорожденным, плакать в моей кроватке, пока я, наконец, не засыпал в слезах. Когда я был немного старше, мы ложились спать не позднее 7 часов вечера, потому что Джеки «надоедали» я и мой брат. У меня нет воспоминаний о каких-либо проявлениях привязанности, а тем более любви в нашей семье. Не было ни объятий, ни похлопываний по спине. Я помню Джеки несчастной: ничто никогда не было в порядке. Я считаю, что был нежеланным с рождения. По моему опыту и из того, что я читал, переживание себя нежелательным оставляет проблемы с самооценкой на всю жизнь. Эти проблемы похожи на хронические проблемы с сердцем: при хорошей профилактике они сводятся к минимуму, но никогда не исчезают.

Наша семья переехала в большой город, когда я был маленьким, тогда и начинаются мои воспоминания. Я помню дом. Мои самые ранние воспоминания — это побои. Помню, когда мне было четыре года, я принял решение никогда больше не плакать, независимо от того, насколько сильно и сколько раз мой папа бил меня своим «веслом братства» (деревянное декоративное весло, изготовляемое для посвящения в студенческое сообщество). Джеки была жестокой, как папа. Она настраивала меня на побои отцом. В течение недели, пока папа был в разъездах, она вела «список моих нарушений» (возражения, неисполнение того, что она хотела, именно тогда, когда она хотела). Когда папа возвращался в пятницу вечером, она читала список, и появлялось «братское» весло. Папа был продавцом в большой корпорации. Я был рад, что его не было дома в течение недели.

Моя история не имела бы большого значения, за исключением того, что поведение, которому я научился, проявлялось некоторыми коварными способами. Два моих брака и испорченные отношения с двумя дочерьми — лучшие примеры. Благодаря им я узнал, что означает «неблагополучная семья».

Я узнал, что такое зависимая личность. Я узнал, что происходит, когда маленький мальчик по имени Энди не получает любви и заботы, в которых он нуждается и которых заслуживает. В детстве, чтобы защитить себя в той среде, в которой я вырос, я развил психологические способы защиты. Основным среди этих средств защиты является отрицание — отрицание того, что насилие имело место или что оно имело какое-либо существенное влияние. Помимо отрицания, были закатывания истерик в попытках разрешить эти психологические травмы. Хорошим примером такой защиты является то, что я отрицал (неосознанно) до 40 лет, что Джеки была алкоголиком. Папа — потакатель, тот, кто позволил Джеки практиковать свою зависимость. Рассказать всю правду о Джеки и отце было и остаётся важным для понимания истинного влияния моего прошлого.

Дисфункциональные семьи делают много необычных вещей. Дети вынуждены брать взрослые роли, потому что взрослые не умеют вести себя как взрослые. Моей ранней ролью был «папа». Я получил эту роль, потому что кто-то должен был заполнить пустоту, созданную тем, что Джеки не получала любви и внимания от отца. Я так понимаю, это можно назвать эмоциональным инцестом. Джеки и папа никогда не спали вместе. У них всегда были отдельные кровати, а позже и отдельные комнаты. В детстве я очень старался угодить Джеки, а потом она подставляла меня для побоев. Влияние непоследовательного поведения и инцеста на доверие трудно преодолеть. У меня есть смутные воспоминания о том, как ко мне физически домогалась Джеки, но я не могу вспомнить. В этой области мне ещё многое предстоит вылечить. Мне трудно даётся доверие.

Мы переехали в другой город, когда я учился в третьем классе, а затем вернулись в предыдущий город после пятого класса. Я рос злым со своей ранней ролью. А кто не был бы зол? Начала появляться новая роль: я стал бунтарём, тем, кто закатывал истерики по всем семейным проблемам. У меня это хорошо получалось. Я начал курить в 11 и пить в 14 лет. Я выкуривал пачку в день к 14 годам и всё ещё занимался спортом. Ночью я часто сбегал из дома. Однажды летом, после того как мои родители, наконец, отказались от побоев, меня заперли на «всю оставшуюся жизнь» за то, что я продолжал сбегать. В это время Джеки и папа часто кричали друг на друга. Неудивительно, что у меня был вспыльчивый характер (позже я узнал, что это была ярость). Я рано познакомился с женщинами. Я слушался советов взрослых, и никто из этих женщин не забеременел. Мне было 14, когда я впервые начал брать машину Джеки. Она рано ложилась спать, а папы «не было в городе». Моя роль мятежника продолжилась, когда моя семья переехала на западное побережье в 1965 году. Мне было 16 лет, и я жил «на полную катушку». Оглядываясь назад, я думаю о том, какой другой была бы моя жизнь, если бы я вложил свою безграничную энергию в самообразование или помощь обществу.

Затем был колледж, потом я бросил колледж, затем Вьетнам, потом снова в школу. У меня начала развиваться роль «достигатора» — я докажу миру и себе, что со мной всё в порядке. Достижение было навязчивым прикрытием низкой самооценки. Я получил статус бакалавра, магистра бизнес-администрирования и сертификат аудитора. Успех в бизнесе был важен. По мере того, как мои обязанности в бизнесе росли, работа заменила мне вечеринки и стала моим любимым методом избегания. Я стал трудоголиком, столь же эффективным в отрицании и предотвращении близких отношений, как и был бы в любой другой зависимости. За это время распались два моих брака. Отчуждение детей, возникшее из-за моего второго развода (моя бывшая жена была тоже из неблагополучной семьи), начало едва ощутимый процесс моего «выздоровления». Пытаясь понять боль, которую испытывают мои дети из-за развода, и то, что я могу для них сделать, я пришел к пониманию боли своего детства. Момент, когда это произошло, был одновременно одним из самых болезненных и одним из самых благотворных моментов в моей жизни. Стало ясно, что я повторял несколько моделей межличностных отношений. Моя родная семья, где я научился своим моделям поведения, понимала только контроль и манипуляции. Любви, развития, доброты и поддержки в ней не было. В нашей семье никогда не разрешались никакие трудности или споры, скорее, издавался приказ одним из родителей. Я научился «говорить людям, что делать», а не работать с ними и не принимать их отличия. Вот как я научился относиться к людям, моя история не является сюрпризом, случайностью или ударом судьбы.

Вскоре после того прекрасного момента, когда я начал по-настоящему понимать свое детство, неудачные отношения стали последней каплей. Моя жизнь была неуправляемой. Мне нужна была помощь и безопасное место, где можно было бы высказываться. Боль, наконец, вывела меня из изоляции и привела на собрание CoDA, которое было вторым благотворным моментом. Первые полгода были болезненными. Жить сегодняшним днём было единственным способом выживать: я повторял молитву о душевном покое снова и снова. Мои еженедельные собрания стали тем, чего я с нетерпением ждал. Это было в начале зарождения CoDA. Спонсоров тогда ещё не рекомендовали, поэтому мы все работали как «доверенные».

Затем наступил следующий момент благодати. Я чувствовал необходимость принять участие в группе по изучению Двенадцати Шагов, но таковой не было. Бог действовал через меня, и образовалась группа. За короткое время 24 из нас разделились на четыре подгруппы или «семьи», и мы были на шестимесячном пути, чтобы детально проработать Шаги. Мы встречались еженедельно и использовали рабочую тетрадь, чтобы структурировать наши усилия. Когда я пишу, мое сердце чувствует любовь и борьбу, которые мы разделили. Сила Шагов неописуема для меня. Работа по Шагам поощряла развитие и сострадание, мой путь к подлинной любви к себе начался. Мы с одним членом моей «семьи» принимали друг друга как брата и сестру. Поистине, это была моя семья по собственному выбору. Семья, которую предложила CoDA, очень воодушевила меня найти любовь внутри себя. Во время работы в этой малой группе мне пришлось столкнуться с одними из самых трудных моментов в моей жизни. Без CoDA и моей семьи я не уверен, что бы я сделал. Иногда я думаю, что моя Высшая Сила давала мне вызовы, которые помогли мне научиться просить помощи у других, и эта задача продолжает вызывать у меня трудности.

Шаги были началом поиска духовного пути. Этот путь позволил мне узнать себя достаточно, чтобы оставить позади карьеру, которая была мотивирована только желанием зарабатывать деньги. Я много путешествовал, это был акт очищения. Мои путешествия дали мне время подумать о своем духе и о том, что доставляло мне радость. Я вернулся и всерьёз начал процесс выбора новой карьеры. Многие сочли мои усилия достойными похвалы. Я часто испытывал боль от попыток контролировать, когда и как моя Высшая Сила будет направлять мой путь. Мне так трудно даётся терпение и время, чтобы слушать. Тем не менее это ещё одна возможность узнать, что моя Высшая Сила не действует по желаемому мною графику. Пока я пишу, на поверхность выходит мой стыд за то, что я не установил более близких отношений с моей Высшей Силой. Теперь я могу чувствовать это и не убегать от этого чувства. Терпимость к тому, что мое выздоровление происходит в своем собственном темпе и его нельзя сравнить с другими, — это истина, которую мне трудно принять. Многие истины выздоровления трудно принять. Отказ от старых убеждений и любовь к себе всё ещё остаются для меня сложной задачей. Мне действительно пришлось признать свое бессилие перед своими ложными убеждениями и неспособностью любить себя. Только с помощью моей Высшей Силы появляется шанс на перемены и рост.

Духовность — это ядро всех программ Двенадцати Шагов. Мои знания об этом ядре продолжают расти. Развитие отношений, обсуждаемых в Одиннадцатом Шаге, было и остаётся непрерывным процессом. У меня есть несколько интересных откровений относительно моей Высшей Силы. Первым среди них было признание того, что гнев на мою Высшую Силу — это нормально. Разгневаться на Бога (кого-то вроде моих родителей) было просто невозможно. Тогда один друг сказал: «Какие бы это были отношения, если бы гнев не был позволен?». Позволить моему гневу быть — вот что углубило мои отношения. Ощущение гнева также позволило мне испытать то, что я называю пред-воспоминанием. В двух случаях, когда я был зол, я почувствовал, что разорвал свои отношения с Богом в очень раннем возрасте. Я чувствовал, что в детстве я пришел к выводу (на самом деле, к решению), что я не смогу быть достойным, если со мной происходили все эти ужасные вещи. Я чувствовал, что Бог не допустил бы, чтобы такое случилось с маленьким мальчиком, если он этого не заслуживал бы. Итак, мне нужно духовное выздоровление.

По мере приближения к четвёртому году выздоровления я вижу, как далеко я продвинулся. Мое выздоровление — это непрерывный процесс. В большинство дней я получаю удовольствие от процесса, а в некоторые — нет. И вот снова для меня настало время идти по Шагам. Моя Высшая Сила помогла мне понять, что снова пришло время. Очередные долгосрочные отношения разрушились, по крайней мере, временно. На удивление я чувствую печаль и изо всех сил стараюсь оплакивать утрату. Поскольку плакать — это огромный вызов, я был горд, когда смог пролить искренние слёзы и сказать своему внутреннему ребёнку, что люблю его, что каким-то образом мы найдем дорогу к процветанию. Я мог обнять свою бывшую возлюбленную и не чувствовать гнева. Она тоже дитя Божье, и наши проблемы не делают её хуже. Я знаю, что наши отношения стали нездоровыми, и я верю — с помощью моих друзей из CoDA и других двенадцатишаговых групп — что со мной все в порядке и я могу чувствовать боль. Я все еще борюсь с чувством «хуже чем», но я больше не верю, что моя ценность исходит от другого. Когда дух во мне — когда внутри горит свет — я знаю, что ценен такой, какой я есть. Я знаю: живём сегодняшним днём, я могу доверять, что моя жизнь сложится. Не только сложится, но и будет счастливой.

Моё новое прохождение Шагов будет сосредоточено на моём бессилии перед собой, моем бессилии изменить убеждения и полюбить себя безоговорочно так, как я того заслуживаю. Я больше, чем когда-либо, вижу, как мои зависимости и контроль не дают мне расслабиться. Созависимость и мои зависимости действительно были хитрыми, сбивающими с толку и мощными. Я использовал работу, игры, алкоголь, пищу и компульсивное мышление, чтобы скрывать чувства. Страх кажется мне тем чувством, которого я больше всего избегаю. Когда я смотрю глубже, я вижу страх повсюду: страх близости, страх успеха, страх неудачи и страх, что я даже не смогу выздороветь. Возможно, самый большой страх – это страх быть в согласии с самим собой. Я тоскую по тем нескольким дням, которые помню из детства, когда я мог лежать на траве и часами смотреть на облака. Быть в мире с собой, принимать то, где я нахожусь в данный момент, и получать от этого удовольствие — вот цели, которых я хотел бы достичь. Я верю, что добьюсь этого, передав заботу о себе Высшей Силе.

Я недавно прочитал «Большую книгу» АА. Всем рекомендую. Книга была для меня источником вдохновения. В ней много мудрости. Я обнаружил, что там, где упоминается алкоголь, я могу заменить его своей созависимостью или любым моим компульсивным поведением. Я обнаружил, что другие мои компульсивные модели поведения являются такими коварными, сбивающими с толку и мощными, и, тем не менее, похоже, я преодолел их. В подростковом возрасте и в возрасте 20 лет я вёл себя как алкоголик, но сегодня я мало пью. У меня есть множество различных способов «отыгрываться». По мере того, как слои лука снимаются, я вижу, что я нездоровым образом привязан к своему образу страданий и своим ложным убеждениям. Это осознание – то, как моя Высшая Сила помогла мне увидеть, что пора снова работать по Шагам.

После Шагов я считаю спонсорство вторым по важности аспектом выздоровления. Поскольку я был одним из первых участников CoDA и по причинам, по которым я, вероятно, ещё не готов проводить инвентаризацию, до недавнего времени у меня не было спонсора. Частично это произошло из-за моих трудностей с поиском спонсора в CoDA. Моя рекомендация, независимо от программы, — найти спонсора. Не торопитесь — следуйте проверенным временем рекомендациям всех программ Двенадцати Шагов. Делайте ошибки и двигайтесь дальше. Преимущества спонсорства реальны. Я с нетерпением жду того дня, когда почувствую уверенность в том, что смогу выступить в качестве спонсора. Некоторые наверняка действовали бы раньше, чем я: я знаю, что моя способность служить появится, когда придёт время.

Я оставляю вас сейчас с надеждой, что вы будете бесстрашные и скрупулёзные. Посмотрите правде в глаза с неумолимой честностью. Наконец, примите своё бессилие перед другими людьми и своей компульсивностью. Отпустите, чтобы ваша Высшая Сила могла принести благодать в вашу жизнь. Смейтесь, позвольте себе наслаждаться жизнью. Это мои надежды на вас и на меня. Я также надеюсь, что любовь нашей Высшей Силы наполнит нас любовью к себе, чтобы мы могли жить каждый день в мире и любви и, таким образом, были свободны служить своим ближним.

Энди Д.